— Превосходно, — признал Бордент, чуть наклоняясь вперед.

Александр вытянул руку к морщинистому лицу, поймал Бордента за нос и сжал изо всех сил. Бордент терпеливо ждал, пока малышу надоест.

— Недоразвитый, — терпеливо сказал он. — Но мы его воспитаем.

Мира спрыгнула с дивана, подхватила ребенка на руки и отступила к нише.

— Джо, и ты им позволяешь? Что это за невоспитанные создания?

— Бог их знает, — ответил Калдерон. Облизнув пересохшие губы, он грозно спросил: — Что это за шутки?! Кто вас сюда прислал?!

— Александр, — объяснил Бордент. — Из года… ну… примерно две тысячи четыреста пятидесятого. Он практически бессмертен. Только насилие может уничтожить кого-либо из суперменов, а в две тысячи четыреста пятидесятом году насилия не бывает.

Калдерон вздохнул.

— Нет, я серьезно. Шутки шутками, но…

— Много раз мы предпринимали попытки. В годах тысяча девятьсот сороковом, сорок четвертом, сорок седьмом, всегда в одном месте. Мы прибывали либо слишком рано, либо слишком поздно, но теперь попали в нужный сектор времени. Наша задача — воспитание Александра. Как его родители вы должны испытывать гордость. Знаете, мы чтим вас, как прародителей новой расы.

— Тьфу! — воскликнул Калдерон. — Довольно!

— Им нужны доказательства, Добиш, — заметил один из карликов. — Не забывай: они только сейчас узнали, что Александр — homo superior

— Homo humany

— Совершенно супернормальный, — возразил Добиш. — А мы его потомки.

— И вы, стало быть, суперлюди, — скептически заметил Калдерон, меряя взглядом мини-человечков.

— Не все, хотя среди нас много суперменов типа Свободного Икса. Биологической нормой является специализация, и лишь некоторые — супермены чистой воды. Одни специализируются в логике, другие в вербенатике, третьи, как, например, мы советники. Будь мы суперменами типа Свободного Икса, вы не могли бы стоять и говорить с нами. Или хотя бы смотреть на нас. Мы только части, а такие, как Александр, составляют великолепное целое.