Калдерон проглотил слюну.

— Не беспокойтесь, у меня есть в буфете. Можно мне…

— Вы здесь не узники. — По голосу Бордента было ясно, что он потрясен. — Мы просто хотели, чтобы вы выслушали наши объяснения, а потом… потом все будет иначе.

Мира тряхнула головой, когда Калдерон протянул ей стакан, но он многозначительно взглянул на нее.

— Ты даже не почувствуешь этого. Ну, смелее.

Она не сводила глаз с Александра. Ребенок подражал писклявым звукам, издаваемым взбивалкой. Они были пронзительны и неприятны.

— Лучи действуют, — заметил Кват. — Однако зритель оказывает слабое мозговое сопротивление.

— Добавь напряжение, — посоветовал Бордент.

— Моджевабба? — произнес Александр.

— Что это? — спросила Мирра неестественным голосом. — Суперязык?

Бордент улыбнулся ей.

— Нет, просто детский лепет.

Александр заплакал.

— Суперребенок он или нет, но когда он плачет, тому есть какие-то причины. Ваша опека включает и это?

— Разумеется, — спокойно ответил Кват.

Вместе с Финном они вынесли Александра из комнаты.

Бордент вновь улыбнулся.

— Вы начинаете нам верить, — заметил он. — Это нам поможет.

Калдерон пил виски, чувствуя жжение во рту и ледяной холод в желудке.

— Будь вы людьми… — нерешительно начал он.

— Будь мы людьми, мы никогда не попали бы сюда. Старый образ жизни меняется, и когда-то это должно начаться. Александр — первый homo superior.

— Но почему именно мы? — спросила Мира.

— Генетика. Вы оба имели дело с радиоактивностью и особым коротковолновым излучением, действующим на плазму эмбрионов. Началась мутация, за которой последуют новые. Вы умрете, но Александр будет жить очень долго. Возможно, даже тысячу лет.

— А это ваше путешествие из будущего… — сказал Калдерон. — Вы сказали, что вас послал Александр?