– А я поднимаю рог за то, чтобы у них родились две девчонки и два парня, как у моего отца! – прогремел Грим Большеухий.

Опрокинули бражки за добрый урожай. Потом – за обильный улов. За конунга, за ярла, за здоровье тех родичей, что находились далеко от дома...

– Пью за то, чтобы Гудрун ночью не заездила моего сына, а то ему еще работать! – Под общий хохот Халльвард старший опрокинул в себя кубок.

– Как хорошо, что Халльвард не женился на глупой молодой холостячке, – прошамкала тетушка Унн. – Вот Сверкер – глупец, не проверил даже, может ли невеста рожать...

– Это точно, – поддакнула тетушка Ауд, обгладывая гусиное крыло. – Надо было сперва разделить с невестой «товарищеское ложе», как это сделал Халльвард... чтоб не жениться на пустоцвете!

– А что такое пустоцвет? – спросил Даг у старших сестер. – Что такое «товарищеское ложе»?

Но сестры почему-то засмеялись, покраснели и ничего умного не ответили.

– Так я и знал, – сообщил Даг мальчишкам. – От этих женщин толку не добиться. Только делают вид, что все знают...

Когда был обглодан первый кабан, с реки явились посланцы Олава и доложили, что площадка для игры в мяч готова. Гости поднялись и гурьбой повалили на косогор, чтобы поучаствовать в забаве или поболеть за своих. Мужчины поскидывали верхнюю одежду. Многие разгорячились и вообще обнажились до пояса, позабыв о своих годах и важных должностях. Даже сборщик налогов, сюсломанн Хрут взялся за биту. Парни расчистили от снега широкую полосу, принесли кожаные мячи, набитые конским волосом. Старине Горму, как самому опытному и честному, доверили провести замеры. Пока парни разминались, Одноногий бодро прыгал по снегу, считал шаги и указывал мальчишкам, где расставлять вешки и копать ямки. Договорились, что в первой игре люди с фермы Северянина будут играть против людей Грима Большеухого.

– Поклянитесь все, что всякий случайный удар не вызовет вражды! – торжественно провозгласил Горм.