— Ты права. И дня не проходит, чтобы я о них не вспомнил. — Эван поднял на нее глаза и вздохнул. — Ты хотела о чем-то меня спросить и не решалась, я знаю. Не стесняйся.

Тут подобрать нужные слова было еще труднее.

— Здесь, на отшибе, ходили разные сплетни. Поговаривали, что у вас с Лиссой были проблемы.

— Это правда. Тем не менее большую часть времени наш брак функционировал нормально.

— Ты говоришь как о какой-то машине.

— Большинство родовых браков и представляют собой более или менее отлаженные механизмы. — Глаза Эвана сверкнули как сапфиры на снегу. — Что-то я не припомню, чтобы тебя волновали всякие сплетни.

— Нет дыма без огня. И если дело дошло до следственной комиссии…

— Я же говорил тебе, Као и Уланова хотят меня убрать.

— Значит, ты их здорово достал.

— У меня нет твоего таланта злить противника, но я работаю в этом направлении.

— И все же чего-то ты не договариваешь, о чем-то не решаешься сказать.

— Что ты имеешь в виду?

Джени облокотилась о писсуар всем телом. Холод керамики проник через тонкую куртку. Такой же неприятный холодок закрадывался в душу.

— Что тебя беспокоит, Джен?

— Это связано с Кневсет Шерой, да?

— Я не знаю, но я уверен, что ты сможешь это выяснить.

— Да что ты боишься, ты же должен посвятить меня в суть дела.

— Нет, я даю тебе «а» и «b», а ты логически выводишь из них «с». Каким будет этот вывод и как ты его найдешь, всецело зависит от тебя. — Эван взглянул на часы. — Нам пора.

Он спрыгнул со стойки, открыл кран и вымыл руки.

— Прости, Джен, но если бы я упомянул Кневсет Шеру еще на Вэйлене, ты бы заупрямилась. Я не мог тебе этого позволить.