– Такой дорогой подарок нельзя принимать. К тому же повесить его на стену – неправильно, а носить – неразумно. Не буду же я драться серебряным клинком?

– Почему нет? Он не слишком мягкий. Это не высокопробное серебро, а сплав – половина на половину. Из чистого серебра сделана только рукоять.

Я осторожно взял клинок в руки. Роскошное оружие. Мечта. Ничего лишнего, прекрасный баланс, и это тусклое, словно подернутое дымом лезвие – готовое сверкнуть чистотой серебра в любой момент…

– От всего сердца, – широко улыбнулась Дженни.

– Спасибо.

Я низко поклонился. Дженни подошла и чмокнула меня в щеку, от чего мне стало совсем неловко.

– Мне хотелось, чтобы отец подарил такой клинок и мне, – заявила девушка, присаживаясь. – Если не шпагу, то хотя бы кинжал. Но он сказал – баловство.

Для американца – возможно… Отец Гвиневеры – крупный фабрикант, да еще и занимается политикой, даже баллотировался в сенат от Демократической партии. Правда, выборы проиграл, но само намерение похвально. Обо всем этом Дженни писала в своем интернет-блоге. И, наверное, он обладает хорошим чувством вкуса и чутьем – подарок для русского дворянина он выбрал как нельзя лучше.

– Не всегда кинжал – баловство. Зависит от обстоятельств.

– Часто ли ваши женщины носят оружие? Я так и не поняла, изучая ваши законы и уложения. И могу ли я ходить с холодным оружием в вашей стране, будучи иностранкой?

– Можешь, если получишь разрешение, – ответил я, сделав шаг в сторону и несколько раз взмахнув клинком. В руке он сидел прекрасно – и драться им, наверное, было удобно. Но носить серебряный клинок, даже если ты прекрасный фехтовальщик, – слишком самонадеянно. Разве только в торжественных случаях, по большим праздникам. Или нет? С каждой минутой шпага нравилась мне все больше.

– Для иностранцев, наверное, процедура сложная?