Не у всех ведь есть деньги, чтобы останавливаться в пятизвездочных отелях, где в номере есть не только пепельница и стаканы для зубных щеток, но и фен, а также махровые халаты, шапочки для душа и прочие элементы сладкой жизни, включая мини-бар. А мужчины, существа сильные и иногда даже мускулистые, довольствуются легкой, как перышко, спортивной сумкой, в которой как раз помещаются плавки, бритвенный станок и пачка презервативов. Где, спрашивается, справедливость?

А все потому, что женщина должна прихорашиваться. И даже не столько для того, чтобы понравиться мужчине, сколько для того, чтобы насолить соратницам по полу. Вернее, не соратницам, а соперницам, если вообще не врагиням, война с которыми идет буквально не на жизнь, а на смерть. В войне проливаются реки духов, клубы пудры закрывают солнце, заряжаются патроны помады…

Между прочим, в дикой природе прихорашиваются исключительно самцы. Один отращивает яркий хвост, другой густую гриву, а третий, решив, что секрет его неотразимости — в рогах, растит и гордо носит их. А избранницы всех этих красавцев сидят себе, серенькие и незаметные, в кустах или на ветке и выбирают самого хвостатого, гривастого или рогатого — кому какой больше подходит. Вот бы и женщинам устроиться так же ловко. И нести на плече легкую спортивную сумочку, снисходительно наблюдая за накрашенными, наманикюренными, завитыми мужчинами, плетущимися поодаль с неподъемными чемоданами.

Но если с другой стороны посмотреть… Может быть, природа специально так хитро распорядилась судьбой женщин, чтобы те, не желая самостоятельно таскать тяжести, быстренько подыскивали себе спутника жизни и переваливали весь свой багаж на него?

Да бог с ними, с тайнами природы! Две другие тайны беспокоили меня сейчас гораздо больше.

Тайна первая. Купленный в прошлом году чудный зеленый купальник, обновленный в волнах Красного моря, за год спокойного лежания на полке шкафа почему-то пошел уродливыми полупрозрачными волдырями. Сделать что-нибудь с этим ужасом не представлялось возможным. То есть купальнику предстояло отправиться в помойку, а другого раздельного купальника у меня не было. Это значило, что за остаток вечера мне следовало добыть новый купальник, желательно очень красивый и не очень дорогой.