— Появлюсь в качестве вашего… племянника… Можно?

— Отпадает. Ты уже засветился — придется продолжать в том же духе… Кто следующий?

— Фарид Имаев. Двадцать четыре года. Не женат. Пять лет тому назад приехал к дяде-москвичу из Азербайджана. Прописался. В позапрошлом году дядя скончался. Других родственников в Москве парень не имеет…

— Чем занимается?

— Подторговывает на рынке у Киевского вокзала… Имеет судимость. Два года тому назад получил полтора года за участие в драке… Дядя умер, когда племянник сидел на зоне…

— Возьму на заметку… Честно признаться, парень мне нравится, но очень уж горячий… Что скажешь по последнему обитателю палаты?

— Трифонов Сергей. Двадцать девять лет. Не женат. Работает водителем грузовика в экспортно-импортной фирме. Характеризуется неплохо…

— Внешность у него… как бы помягче выразиться…

— … бандитская, — подсказал Гошев. — Видел фотокарточку… Согласитесь, Семен Семенович, внешность бывает обманчива. Правда, нащупали одну занозу. Сергей находился под следствием, сидел в изоляторе, дело передали в суд, но тот его оправдал… Хоть и редко, но и так бывает…

Я насытился информацией по самую макушку. Остается разбавить ее собственными наблюдениями — можно делать первоначальные выводы… Нечто вроде эскизных зарисовок, по мотивам которых позже нарисуется картина…

— Можно и мне — один вопросик? — улыбаясь, спросил Гошев. Что-то много улыбок, как бы плакать не пришлось. У каждого человека имеются суеверия, есть они и у меня. Не доверяю улыбкам во время розысков, они не только расхолаживают, но и предваряют провалы. — Имею же и я право на любопытство?

— Твое любопытство плавает поверху. Знаю твой «вопросик». Ничего пока неизвестно. Прямо от тебя двинусь к веснушчатому лекарю на пытку, которая почему-то именуется осмотром… Температура держится, но болит, по-моему, меньше… Будь здрав, дружище. Ожидаю в гости с нетерпением… Ох, чуть было не позабыл. Память стала дырявой, будто сито…