— …Что ты наделала!

— Я ни при чём.

— Зачем ты его грохнула?

— Я его пальцем не трогала.

Он смотрел недоверчиво. Было видно, как он проклинает себя за то, что поддался уговорам и приехал.

— Помоги избавиться от трупа.

— Что? Ты представляешь, что говоришь? Это подсудное дело! Если ты его не убивала, то вызывай милицию.

— Там мне никто не поверит.

— Наймёшь хорошего адвоката.

Удобный момент для того, чтобы выскользнуть за дверь и оставить Её с проблемами наедине, был упущен. Она знала: теперь Он не уйдёт.

— Я налью тебе выпить.

— Какая, на х… может быть выпивка!

— Мы оба нервничаем. Это поможет нам успокоиться.

Квартира была однокомнатной. Диван, трехсекционная «стенка», китайская ширма с драконами, мягкие кресла, торшер — спальня, будуар и гостиная одновременно.

В два широких стакана Она напила «Катти Сарк» — любимое виски Ростислава. Распечатала шоколад. Достала початую бутылку содовой, к этикетке которой прилип волос Ростика. Потребовалось четыре попытки, чтобы зацепить волосинку на палец и стряхнуть с пальца на пол.

Он наблюдал за женщиной расширенными глазами. Кажется, был готов высказать комплимент, настолько сильное впечатление произвели Её спокойствие и деловитость. В стаканы было налито поровну до миллиграмма, плитка «Фазера» разломана на одинаковые кусочки.

— Держи. — Она подала виски. — Будешь размешивать или запьёшь?

— Ты невероятная женщина, — покачал Он головой, принимая стакан: в отличие от неё, его руки заметно дрожат.