Его голубые глаза сверкнули.

— Я знаю как вы ее написали. И, главное — о ком. Прежде чем ответить, я выдержал паузу. Ясно,

что передо мной был сумасшедший, а с психами надо быть настороже.

— В самом деле? — Спросил я.

— В самом деле.

— Интересно.

- Вам кажется, я слишком молод. Но ведь когда тебе самому только двадцать, никогда нет опыта в таких делах.

— В каких еще делах?

— В преступлениях. Убийствах, например. Всегда остаются свидетели.

Внезапно это перестало быть смешным. Я почувствовал, как струйки пота стекают от подмышек вниз по ребрам.

— О каких убийствах ты говоришь, мальчик? Ты не в своем уме? Возвращайся-ка к себе на ранчо…

— Не кипятись, мистер. Все уладится. Он достал из кармана пачку «Лаки страйк», вытряхнул сигарету и облокотился на капот машины.

— Мы ведь с тобой земляки…

— Чего-о-о?

- Вот черт, — он бросил спичку на землю, — Говорила мне мама, что в больших городах живут одни дураки, но я не знал, что настолько. Ты что, забыл, где родился?

— Н-нет, — это все что я мог из себя выдавить.

- Тогда не надо трахать мне мозги, понял?!

- В… В Хиллстоу …

- Я же говорю: земляки! Парень весело хлопнул меня по плечу.

- Поговорим о деле.

- О каком еще деле? Черт, он был еще совсем сосунком, да к тому же вдвое меньше моего. Такого запросто можно было скрутить и отшлепать за приставание к взрослым дядям.

- Ну, о том.

- Каком еще том, приятель? Тебе домой не пора, мамочка не заждалась?

- А я ее замочил.

Сказанная средь бела дня под палящим солнцем Калифорнии, «где никому не бывает скучно», эта фраза повисла в воздухе, как запах залежалого трупа. Глаза парня весело сверкали… И нет, он не шутил. Он действительно мог убить свою мать, расчленить ее на куски, а затем съесть, медленно проглатывая кусочек за кусочком.