— Например, в коллекции? — спросила Каролина.

Хирам опустил глаза.

— Конечно, когда ты разберешься с ними. Я заплачу.

— Когда с этой историей будет покончено, — пообещал Фортунато, — ты сможешь забрать их себе.

* * *

Эйлин Картер было хорошо за тридцать, и в ее каштановых волосах уже кое-где пробивалась седина. Она взглянула на Фортунато сквозь стекла очков в прямоугольной оправе, потом перевела глаза на Каролину. И улыбнулась.

Фортунато проводил с женщинами большую часть жизни. Каролина при всей своей красоте была особой неуверенной в себе и ревнивой, сидела то на одной диете, то на другой и неумеренно пользовалась косметикой. С Эйлин все обстояло совершенно по-другому. Появление в ее кабинете ослепительно красивой Каролины, похоже, вызвало у нее лишь легкое изумление. Что же до Фортунато — полунегра-полуяпонца в кожаной куртке и с непомерно раздутым благодаря вирусу дикой карты лбом, — то она словно бы и не находила в нем ничего необычного.

— Вы принесли монету? — спросила она.

Говоря с ним, Эйлин Картер смотрела прямо ему в глаза. Ему давно приелись женщины с внешностью моделей. У этой же был нос с горбинкой, веснушки и примерно с дюжину лишних фунтов. Но больше всего ему понравились ее глаза. Зеленые и блестящие, с маленькими лучиками морщинок в уголках.

Он положил монету на стол, и женщина склонилась над ней, пальцем поправила на переносице очки. На ней была зеленая фланелевая рубаха, вырез которой, насколько Фортунато смог разглядеть, также усеивали веснушки. От ее волос приятно пахло шампунем.

— Можно узнать, откуда она у вас?

— Долго рассказывать. Я — друг Хирама Уорчестера. Если нужно, он может поручиться за меня.

— Этого мне достаточно. Что именно вас интересует?

— Хирам сказал, не исключено, что это подделка.

— Секундочку. — Эйлин вынула со стеллажа у себя за спиной какую-то книгу. Двигалась она порывисто и полностью отдавала себя тому делу, которым была занята в данный момент. Она раскрыла книгу и полистала страницы. — Вот, нашла.