— Давай вызовем муниципальную полицию, — предложил он. — Или штаб.

— Ага! И чтобы сразу полстраны узнало, что заваривается какая-то каша? Нет, пока ситуация терпит, мы этого делать не будем. — Агент перегнулся через Коскинена и нажал кнопку на панели управления. На экране вспыхнула надпись: ЗАПРАШИВАЮ МАКСИМАЛЬНУЮ СКОРОСТЬ.

— Что происходит? — вымолвил Коскинен, заикаясь от волнения.

— Не волнуйся, малыш, — ответил агент. — После того, как Контроль переведет нас на скоростную трассу, этой пташке придется выждать около трех минут — не меньше, при такой интенсивности движения, — до следующего «окна». А за это время между нами будет около тридцати миль и куча других каров.

— Но… но…

Сойеру удалось, наконец, взять себя в руки.

— Мы и призваны оберегать вас от таких вот случайностей, — вставил он довольно дружелюбно. — Долго бы вы протянули, наложи на вас лапу китайцы?

— Отчего же, пожить-то он, может, и пожил бы, — заметил его напарник, — только вряд ли это доставило бы ему удовольствие. Ага, вот сейчас мы и оторвемся!

Где-то в ночи компьютер Контроля обнаружил, наконец, брешь, в которую мог нырнуть их кар. Прозвучал сигнал, и Коскинена вжало в спинку сидения. За окнами стремительно нырнули к земле цепочки бортовых огней соседних каров. Коскинену показалось, что они промчались сквозь галактику из зеленых и красных солнц. Огоньки остались где-то далеко позади и внизу, став частью стайки бриллиантовых светлячков, роящихся над громадой мегаполиса. Здесь, на высоте, пустынное небо еще хранило остатки синевы, и ничто в нем не напоминало о присутствии человека, кроме ползущих среди звезд немногочисленных спутников да одинокого, страшно далекого стратолайнера.

Машина выровнялась.

— Ф-ф-у! — Сойер тыльной стороной ладони утер со лба пот. — Слава тебе, Господи, наконец-то, вырвались на простор. Да, доложу я вам!..

— А что они могли нам сделать? — недоуменно спросил Коскинен. — Я имею в виду, что без разрешения Контроля… разве только у них есть возможность от него отключиться… хоть это и незаконно…