Один матрос с душераздирающим криком прыгнул на палубу передо мной и, приземлившись с расставленными ногами на щупальце, взмахнул мощным обоюдоострым топором.

Раздался предупреждающий крик Андары, но было поздно. Топор опустился со свистом и отсек кусок щупальца метровой длины. Черная кровь попала на матроса. Там, где она коснулась его кожи, начал клубиться дым. Матрос вскрикнул, выронил свое оружие и, пошатнувшись назад, ухватился обеими руками за свое лицо. Еще до того как изувеченное щупальце сползло с борта и исчезло в море, матрос был мертв.

— Роберт, ко мне!

Крик Андары наконец-то вывел меня из оцепенения. Я поднял глаза, на секунду задержал взгляд на лице колдуна и, увидев, что он жестами показывает мне следовать за ним, кивнул ему. Андара сбросил с себя плащ и достал из трости шпагу. Цепочка со звездообразным амулетом виднелась на его груди. Тоненький клинок рапиры раскалился, наверное от сильного внутреннего огня.

Я встал за Андарой и оперся на поручень. Палуба судна превратилась в поле битвы. Десятки зеленых извивающихся щупальцев поднялись из моря перед бортом судна, образовав раскачивающийся смертоносный лес чешуек и жадно хватающих воздух дьявольских пастей. Некоторые матросы беспрерывно стреляли, другие, вооружившись баграми и длинными шестами с железными остриями, рубили и кололи щупальца, пытавшиеся заползти на палубу. Участь их несчастного товарища послужила им предостережением — они избегали слишком близко подходить к смертельным змеевидным конечностям, ограничиваясь лишь сбрасыванием содрогающихся щупальцев в море. На какой-то миг мне даже показалось, что они побеждают.

Но лишь на миг. Силы матросов быстро шли на убыль, в то время как морское чудовище не знало ни усталости, ни боли. Все больше мощных щупальцев с шипением выныривали из воды, взбирались, словно жадные зеленые змеи, по стенке борта вверх, обвивали кольцами поручни и пытались ухватить матросов.