Дом они отыскали уже в сумерках. Только что заасфальтированная дорога вела к роскошным дворцам из красного кирпича. Недостроенный особняк с портиком и колоннами в центральной части и двумя флигелями по бокам, с башенками и куполом-грибком, этими непременными прибамбасами современной эклектической дворцовой архитектуры, был обнесен высоченным металлическим забором с острыми пиками и массивными кирпичными столбами. Дом стоял на берегу озера – за стволами уцелевших вековых сосен маячило светлое стекло воды. Слева возвышались еще два кирпично-стеклянных монстра, один – любимое детище местного водочного короля, другой – начальника отдела по борьбе с экономическими преступлениям.

Роман объехал нужный дом стороной и остановил машину метрах в пятидесяти от забора на том клочке побережья, который еще не успели поделить. В трех окнах первого этажа интересующего его дома горел свет, и, едва глянув на это ослепительное свечение двухсот-ваттовых лампочек, Роман понял, что опоздал. Спешно он плеснул себе на ладонь воды из бутылки и сделал Юлу знак коснуться образовавшегося крошечного зеркала. Тотчас возникла картинка, мутноватая и мелкая, но глаза Вернона успели разглядеть происходящее: похищенный, уже без плаща и даже без рубашки, лежал на полу, и два костолома ладили к его телу оголенные концы проводов. Потом третий шагнул к розетке и… Тело незнакомца выгнулось дугой и опало без движения. Даже на таком расстоянии Роман понял, что сердце пленника остановилось, а дыхание оборвалось.

Идиоты! Кто ж проделывает такие вещи с человеком, у которого на шее водная нить! В школу надо иногда ходить и знать, что такое коснуться оголенного провода, сидя по шею в воде.

Роман стряхнул воду с ладони и побежал к дому.