«Вот опять, — подумал Девон. — Такой же взгляд. Точно так же смотрела старушка в автобусе. То же выражение появилось на лице Рольфа Монтейна в машине».

— Знаю ли я эту усадьбу? — Девушка улыбнулась. — «Скалу воронов» на Мысе Невзгод знают все. Ее владельцам принадлежит половина поселка.

— Да, я слышал, что они богаты.

— Да у них больше денег, чем у самого Господа Бога. — Барменша взяла полотенце и принялась протирать стойку. — Маеры, считай, построили этот поселок. Купили рыболовецкие суда, организовали торговлю для туристов, все-все. До Маеров тут вообще ничего не было. У нас любой школьник знает легенду об усадьбе «Скала воронов» — про то, как старый Гораций Маер построил дом на этом самом месте и как налетели вороны и поселились там.

— Вороны?

— Угу. Здоровенные черные птицы. Мой дед помнит те времена, когда их было видимо-невидимо. Поэтому усадьбу так и назвали. Сейчас воронов и в помине нет, но все равно от этого места мурашки бегут по всему телу.

Девон рассмеялся:

— Мне говорили, что там нет ничего, кроме призраков.

Девушка заинтересованно посмотрела на него:

— Тебе сказали правду. Призраки да несколько спятивших обитателей. — Она ухмыльнулась. — Кстати, меня зовут Андреа. А тебя?

— Девон.

Они обменялись рукопожатием.

— Так ты и вправду собираешься там жить?

Он усмехнулся:

— Миссис Крэнделл — мой опекун. Мой отец умер. А я вроде как достался ей по завещанию.

— Никогда бы не подумала, — пробормотала Андреа. — Такая странная особа… А вот ее дочка — неплохая девчонка. Ее зовут Сесили. Она иногда заглядывает сюда. Она почти твоя ровесница.

— Что ж, это здорово. А то я уж было решил, что тут будет невыносимо скучно.

Андреа пожала плечами:

— Не знаю, как в твоем городе, а на Мысе Невзгод довольно уныло. Особенно в январе, феврале и марте. Вот летом — другое дело. Зимой тут не больше трех тысяч жителей, но в сезон — с четвертого июля до Дня труда — сюда съезжаются приблизительно сорок тысяч туристов.