До начала и в ходе съемок своего голливудовского шедевра "Появление Дракона" (в нашей стране широко распространены и другие варианты названий этого фильма — "Вход в Дракона", "Войти в Дракона", "Выход Дракона" и т. д. — прим. пер.) напряжение, которое испытывал Брюс Ли, стало практически невыносимым. Перегрузки, возникающие в результате молниеносного взлета на звездный Олимп, в индустрии развлечений являются явлением довольно распространенным, и на каждого человека они оказывают разное воздействие. Одни, как Грета Гарбо и Боб Дилан, стремятся к уединению, другие с удовольствием взбираются на этот помост, охотно представая перед обращенными к ним жадными взорами человечества. Ли оказался расколотым надвое.

С одной стороны, всеобщее обожание было жизненно необходимым для поддержания его динамичною «я». Он жил в полном соответствии с образом супергероя, которым его наделили жители Гонконга. Его дом в престижном квартале Коулун Тонг был построен по последнему слову архитектуры; он ездил за рулем ярко-красного «Мерседеса» с откидным верхом стоимостью 41 тыс. гонконгских долларов; он заказал себе "Роллс Ройс" с золотой именной табличкой. На газетных и журнальных фотографиях он постоянно обнимал красивых и восхитительных гонконгских актрис, у него постоянно гостила Джеймс Кобурн и другие знаменитости.

"Наличие у человека денег не означает решения всех его проблем, — сказал он в одном интервью, — но лучше иметь деньги, чем не иметь их". "Когда ему хотелось удостовериться, что он и есть тот самый Брюс Ли, — рассказывает Андре Морган, представитель кинокомпании "Голден Харвест", — он просто выходил на улицу и прогуливался по ней и со всех сторон доносились возгласы: "Брюс Ли! Брюс Ли!"…

Но слава обходится недешево, и Ли с трудом выплачивал регулярные взносы. Вот как он описал ситуацию, в которой оказался, в интервью с Майком Плэйном: