Пьер молчал, думая о чем-то своем, чему я была только рада. Говорить не хотелось. Наслаждаясь знакомыми пейзажами, я восстанавливала в памяти перипетии многолетней борьбы Аглаи с Ивом Беаром, борьбы, которую она, по моему мнению, проиграла еще до того, как вступила в нее.

В отличие от меня, Аглая обожала писать письма и отдавалась этому занятию с самозабвенностью завзятого графомана, причем главной темой посланий была она сама. Задумай я опубликовать Глашино жизнеописание, полученного мною материала хватило бы на него с лихвой.

Если бы биография Глаши когда-либо увидела свет, самое важное место в ней, несомненно, было бы отведено Иву Беару, исчадию ада и воплощению вселенского зла, человеку, которого Аглая считала своим кровным врагом и виновником всех своих несчастий.

Звезда Ива Беара засияла на литературном небосклоне четыре года назад, после того, как издательство "Paladin" опубликовало его первый роман "Бесконечное падение".

Французская пресса, словно обезумев, расхваливала книгу на все лады. Критики ставили Беара в один ряд с такими признанными мастерами пера, как Хемингуэй, Беккет, Беллоу и Голдинг. Вырезки газетных и журнальных статей, посвященных "Бесконечному падению" и его автору, ставшему, к тому же, самым молодым лауреатом Гонкуровской премии, в совокупности потянули аж на восемнадцать с половиной килограммов, благодаря чему Ив попал в книгу рекордов Гиннеса.

В течение двух лет роман был переведен на 38 языков, а молодой, прежде никому не известный парижанин стал миллионером и одним из самых завидных женихов Франции.

За право экранизации "Бесконечного падения" боролись именитейшие голливудские режиссеры. Победил в этой борьбе Джеймс Камерон, выложивший за вожделенный сюжет пять миллионов долларов.