Я ухмыльнулся.

— То, что меня поймать трудно, не означает, что поймать меня невозможно. Я много работаю, не так ли? В данный момент я должен был бы прокладывать отопительные трубы неподалеку от Харрисонов. Вы в курсе, что они меняют отопление?

— Сара говорила мне, — кивнула Элисон. — Сплетни посвежее нет?

— Парень Кацев вылетел из колледжа, если тебя это интересует.

Джимми удивленно поднял брови.

— Правда? Давид Кац?

— Это я тоже знала, — сказала Элисон. — Венди Птишан из Норвильского универмага рассказывала мне.

— Норвильский универмаг, — заметил я, когда мы возвращались через кухню на заднее крыльцо, — такое место, где утверждают, что если у них чего-нибудь нет, то вам это не нужно. Это касается и даже тех сплетен, которые рассказывают только шепотом.

На улице было слишком уж свежо, и я крепче натянул на голову свою бейсболку. Солнце уже скрылось за линией деревьев, окружив их верхушки ореолом оранжевого света. Изо рта шел пар, и мы потирали руки, чтобы сохранить тепло. Где-то в соседнем дворе залаяла собака.

— Я позвоню вам завтра, как только что-нибудь узнаю, — сказал я Джимми. — Но я не вижу здесь ничего серьезного, и вам не стоит беспокоиться. Вы ведь пили эту воду и до сих пор живы и едите пироги, поэтому, что бы это ни было, ничего страшного здесь нет.

— Тебе положить с собой выпечки? — спросила Элисон.

— Нет уж, спасибо. Я не хочу растолстеть. Недавно мне пришлось ползти вдоль труб с горячей водой, и я еле дополз. Не хочу умереть, проверяя трубы с горячей водой.

Джимми и Элисон прошли вместе со мной за угол дома.

— По крайней мере, это лучше, чем утонуть, — заметила Элисон.

— Утонуть? — спросил я. — А при чем здесь утопленники?

— Спроси у Джимми, — сказала Элисон. — Всю прошлую неделю ему снилось, что он тонет.

— Наверное, тебе не следует наполнять ванну до краев.

Джимми, похоже, смутился.