Он выключил воду и потянулся к одному из полотенец на вешалке. Полотенце обмоталось вокруг запястья, рванув его к стене. Грубая ткань облепила лицо, мешая дышать. Холл бешено отбивался, пытаясь вырваться. Наконец полотенце отпустило его. Он упал, поскользнувшись на полу, ударился головой о стенку. Сильная боль, из глаз посыпались искры.

Сидя в луже теплой воды, Холл посмотрел на вешалку. Теперь полотенце не шевелилось, как и все прочие. Три полотенца на вешалке, и все абсолютно обычные. Неужели ему привиделось?

Он пошатываясь, поднялся на ноги, потер ушибленное место. Опасливо огибая вешалку, он выскочил из душевой. Осторожно достал из упаковки новое полотенце, вытерся и начал одеваться.

Ремень обвился вокруг запястья и попытался раздробить его. Ремень, укрепленный металлическими звеньями, чтобы поддерживать краги и оружие, был прочным. Холл и ремень молча кружились по полу, борясь за преимущество. Ремень напоминал яростного металлического змея, напрыгивающего, стегающего. Наконец Холл исхитрился и дотянулся до бластера.

Ремень сразу отпустил его. Холл тут же испепелил ремень и упал в кресло, с трудом переводя дыхание.

Подлокотники кресла начали смыкаться вокруг него. Но на этот раз бластер был наготове. Пришлось выстрелить шесть раз, прежде чем кресло мягко развалилось и Холл получил возможность снова встать на ноги. Он стоял полуодетый последи комнаты, грудная клетка вздымалась и опадала.

– Это невозможно, – прохрипел Холл. – Я наверняка свихнулся.

В конце концов, он оделся. Вышел в пустой коридор. Вызвал лифт и поднялся на верхний этаж.

Командор Морис подняла глаза, когда Холл прошел мимо робоконтроля. Сигнализатор запищал.

– Ты с оружием, – укоризненно заметила командор.

Холл покосился на бластер в руке. Положил его на стол.

– Прости.

– Что с тобой творится? Я получила доклад от тест-автомата. Твой коэффициент подскочил до десяти за последний час. – Она внимательно посмотрела на него. – Мы же давно знаем друг друга, Гарри. Что произошло?