— Как же вы меня разыскали? Крепость ведь очень большая! — Профессор нарушил неловкое молчание. Бывшие студенты стеснялись при нем болтать и всю дорогу вели себя так, будто не он должен благодарить их за спасение, а, наоборот, это они благодарны ему за то, что великодушно согласился принять их помощь.

— Через астрал, — ответил Хельги смущенно. — Вас самого видно не было, только пустота в одном углу. Мертвая зона — никакой магии! Я подумал, должно быть, там вас и держат. Полез и уперся. Слышу — а там вы с богами разговариваете…

— А почему вы вообще стали меня спасать? — поспешил перебить профессор. — Вдруг я в самом деле преступник?

— А нам какая разница? — удивилась Меридит — Вы же наш преподаватель!

— Мы однажды вообще целую галеру разбойников освободили!.. — подхватила излишне непосредственная сильфида, но умолкла, ощутив тычок в бок.

— Преподавателем я был для многих, — вздохнул профессор, деликатно игнорируя последнее высказывание. — А на помощь пришли вы одни.

— Просто не все умеют проходить сквозь стены, — откликнулся Хельги. Не мог же он рассказать профессору, что творится в университете на самом деле…

Кстати, он, Хельги, оказался прав. Искать убежище профессору не требовалось — оно у него было. Именно в Сильфхейме. Туда он и направился после ванны и ужина… Или завтрака? Трудно подобрать верное определение для трапезы, состоявшейся в три часа пополуночи.

Уходил мэтр Перегрин через портал. В Уэллендорфе подходящего узла Сил не было, пришлось ему просить разрешение воспользоваться астральным полем демона-убийцы. Последний, понятно, был только рад. И только когда профессор исчез в сияющем мареве, Энка шлепнула себя ладонью по лбу и завопила: «Идиоты! Почему мы не расспросили его о камне Ло?!» Но было уже поздно.

31 марта, воскресенье.

Вчера я записал немного — у меня было важное дело. Сегодня тоже много не напишу — после вчерашнего дела очень болит голова. Жаль, рядом нет Аолена. Вообще-то лекарей я терпеть не могу, но приходится признать, что и в них иной раз возникает нужда.