Брови Анвара непроизвольно поползли вверх. "Психами" контрабандисты обычно именовали наркоманов или просто отчаявшихся людей, которые в своей последней безумной надежде разбогатеть стремились достичь цели любой ценой, и которые могли подставить и корабль, и команду в любой момент. Если уж даже слабоумный Петер заметил, что клиент "псих", то тогда не стоит и пытаться ввязываться в это дело. Не связываться с ненадежными клиентами было святым правилом Анвара, но сейчас он попал в такую переделку, что иным способом ему из нее не выбраться, поэтому он небрежным тоном спросил:

— Может он из фараонов?

— Не-а, он ученый. Только псих.

"Сам ты псих", подумал Анвар и спросил:

— А чего твой друг сам не найдёт ему пилота? Народу то полно вокруг.

— Сам он улетает в командировку. По крайней мере, он так говорит. Потому и попросил меня помочь клиенту. Я спросил "Сантану" и "Быструю комету" — они посмотрели на него и отказались. Тебя вот увидел, дай, думаю, спрошу. Но видно зря — тебе ещё долго не подняться отсюда. Как ты вообще умудрился сесть с такими пробоинами?

— Как, как, — проворчал Анвар, — взял, да и сел. Этот твой клиент еще здесь?

— Да. Сидит в служебной комнате и ждет своего проводника.

Анвар критически оглядел "Стрекозу" и сказал Петеру:

— Сейчас соберу всё, что можно пустить в дело, и пойду, поговорю с ним. Будь так добр, скажи ему об этом.

На вечно-улыбчивом лице Петера что-то мелькнуло, но он ничего не сказал, только сделал жест, выражающий сомнение и вихляющей походкой удалился в сторону космопорта.

Спустя пятнадцать минут Анвар с безразличным видом наблюдал за "психом", сидящим в "дежурке". Тот оказался рыжеволосым типом с хитрой физиономией, одетым довольно прилично, но как-то небрежно. Анвару не понравилось выражение глаз клиента: они были бегающими, казалось, сами по себе.