Бартте уроки истории говорили совсем о другом: о том, что отняли у них в'орнны, об ослаблении силы и влияния рамахан, о подъеме Кэры - новой религии, где нет Богини, о жестокости рамахан-мужчин и предательстве рапп, о необходимости порвать со старым колдовством, доступным лишь обладающим врожденным Даром и ставшим проклятием рамахан, о том, что Великая Богиня бросила кундалиан, струсила, когда пришли в'орнны, оказалась ненужной из-за превосходящей техномагии инопланетян. О неспособности прежних ценностей - Осору, Дара и учения Миины (в том виде, как оно было некогда изложено) - защитить Кундалу от вторжения.

Сестры часто гуляли по крутым узким тропам, ведущим к Ледяным пещерам. По обеим сторонам тропинки уходили вниз ярко-коричневые склоны, далеко внизу расстилалась широкая плодородная долина, покрытая ковром зелено-голубых полей. Под сандалиями из шкуры кора похрустывали коричневые куэлловые иглы. Мягкий сухой звук, так похожий на шелест вороньих крыльев, вызывал у них трепет, ибо места эти были запретны и ступать по опасной тропе могли только жрицы-рамаханы, живущие в монастыре Плывущей Белизны.

Джийан остановилась, устремив взгляд на покрытые льдом вершины Дьенн Марра. Бартта остановилась рядом. Судьба наградила Джийан высоким ростом, красотой и стройной фигурой. Хуже того, по мнению Бартты, сестра обладала Даром и могла обучаться колдовству Осору. А что есть у Бартты, кроме яростного желания возглавить рамахан?

- Подумать только, - прошептала Джийан, - никто не знает, что находится за этими горами...

- Вот это по-твоему, - кисло отозвалась Бартта. - Размышлять о вопросах, на которые никто не может ответить! Из-за того, что ты все время отвлекаешься на глупости, я на следующий год стану жрицей-шимой, а ты, несомненно, останешься послушницей-лейной.