Летом 1967 года телевизионная компания Си-Би-Эс выпустила четырехчасовой документальный фильм, посвященный убийству президента Кеннеди и расследованию Комиссии Уоррена. Фильм полностью поддерживал Отчет, но в конце ведущий Кронкайт задал вопрос: «Почему продажа книг, критикующих Комиссию, намного превосходит продажу самого Отчета?» Другой комментатор, Эрик Севарид, отвечая на это, заявил, что причина лежит в заговорщической ментальное американцев. Что думать, будто «тощий, мелкотравчатый» Освальд действовал не один, это все равно, что верить в заговор сионских мудрецов, задумавших покорить мир; или в то, что Гитлер жив и где-то прячется; или в то, что Рузвельт знал о готовящемся нападении японцев на Перл-Харбор и нарочно дал ему случиться, чтобы развязать войну с Японией, которую он считал неизбежной. Воображать же, что Комиссия Уоррена могла сознательно скрыть или исказить важные факты и улики, — просто идиотизм.

Трудно согласиться с гневными упреками комментатора в адрес американского народа. Ведь, когда произошли покушения на президента Форда и затем на Рейгана, никто не заподозрил двух психопаток или Джона Хинкли в участии в разветвленном заговоре. Массовое недоверие к официальной версии далласской трагедии скорее всего отразило — может быть, впервые с такой наглядностью — пропасть, разделившую к тому историческому моменту два разных способа мышления: формально-юридический (адвокатский) и повседневно-рациональный (способ здравого смысла).

Следует остановиться на этом подробнее.

3. БУКВА ЗАКОНА И ЗДРАВЫЙ СМЫСЛ

Непредвзятый, сбалансированный анализ имеющихся фактов, направленный на отыскание простой правды, находится в резком противоречии с подходом адвоката, обязанность которого — принятая добровольно или возложенная на него, утвердительная или отрицательная, в роли обвинителя или в роли защитника — состоит в отстаивании интересов той или другой стороны.