Я показала преследователям кулак, окликнула поваренка и сунула ему под нос паука и, когда парень потерял сознание, поменялась с ним одеждой. Собрала разлетевшуюся по полу жареную рыбу на поднос и проскользнула в зал.

Шум оглушил меня с порога. Как я и предполагала, драка была в разгаре. В ход шли подручные предметы, а также подножный корм. Жареные перепела метко летели в головы противников из-за опрокинутого на бок стола. Кукурузные початки десятками гибли под ногами штурмовых отрядов, пытающихся этот самый стол захватить. И если захватчиками руководил Айрис, размахивая над головой ножкой стула, то обороняющихся вдохновлял Аайю в шлеме из наполовину съеденной свиньи…

Лишь двое знакомых мне оборотней не принимали участия в безобразии. Риш сидел на огромной люстре и оттуда нараспев читал поэму: да будет слава побежденным, а мертвым вечность отдана… Край спал то ли на бочке, то ли в обнимку с ней в стороне от общего побоища.

Бочком вдоль стены, прикрываясь от летающих продуктов подносом, я прошмыгнула в укрытие. Затерялась среди защитников стола и, лавируя между ними, поползла к Аайю. Рядом осколочными гранатами разбивались яблоки, крупной дробью на слона впивались в тело вишни, газовыми баллонами с зорином взрывалась селедка, а в качестве оружия массового поражения обе стороны повадились тела недееспособных бойцов в гущу толпы швырять.

На секунду потеряв осторожность, я сразу же за это поплатилась. Земо с полосатыми ушами схватил меня за талию, подбросил вверх, поймал и, раскрутив над головой на двух руках, бросил прямиком в Айриса. А в меткости ему не откажешь…

— Эм-м-м?! — промычал погребенный подо мной шеф, всмотрелся в мое лицо и потер кулаками глаза.

— Это не я! — я поспешила откреститься от пола, имени и происхождения. Стукнула шефа кулачком между глаз и потребовала: — Чего ждешь? Обратно бросай. И это… поаккуратнее. В свиноголового целься! Пли!