- Делу конец, Свен.

- Тоже плевать... Я тебе что лингвист? Я террорист! - ответил Свен.

- Не лингвист, - согласился его собеседник. - Просто человек, который работает в России в нашей с тобой области и в минуты волнения не контролирует свой язык, сильно запоминается. Ну не сильно, но достаточно.

- Да уж, тебе с твоей мордом, запоминаемость не грозит.

- Не "мордом", а мордой, - улыбаясь, поправил его Павел Воронин, зная особенность Свена время от времени делать ошибки в словах. - Или внешностью. Так более вежливо.

- Вежливо... - тихо фыркнул Свен.

Они находились в пустой, недавно арендованной через подставное лицо комнате-боксе. Единственным достоинством этого бокса было реальное, это отличало комнату, находящуюся во внешнем круге, от комнат, находящихся где-нибудь в центре жилого здания, окно, выходящее на нужную им улицу. Как раз напротив небоскреба, в котором жил их объект, а в прошлом посредник, с которым они активно сотрудничали, а теперь собирались "разорвать"

контракт. Оправдание этому "несерьезному" поведению было: посредник постарался вывести их из игры первыми.

Свен Реа и Павел Воронин не впервые работали вместе и уже успели достигнуть необходимой в их профессии слаженности действий и взаимопонимания в отличие от остальных членов этой наспех сооруженной команды.

Например, Свен Реа не выносил Максимилиана Копровского, считая его дилетантом. По мнению же самого Максимилиана, Свен не мог отличить кусок дерьма от куска пластита. На что, впрочем, худощавый скандинав отвечал, что только дилетант может использовать настолько устаревшее и малоэффективное взрывчатое вещество.

С остальными членами команды дела обстояли не лучше. Это понимали все и все понимали также, что удерживают их от разброда только те условия, которые были поставлены им их новым нанимателем, корпорацией "Гелиотек". Ну и, может быть, еще уважение к одному члену команды, Егору Трубникову, с которым работали почти все, каждый в свое время.