Король встал, вынуждая подняться гостя, сделал пару шагов к небольшому окну и задумчиво спросил:

— Что значат новинки по сравнению с доблестью? Или коварство? Даже самое изощренное?

— Поверьте, Ваше Величество, много, — твердо ответил Пит.

— Можете отправиться со мной, если хотите. — Король улыбнулся. Улыбка вышла самодовольной. — Я вам докажу, что вы ошибаетесь.

— Есть вещи, перед которыми пасует доблесть.

— Например?

— Например, хорошая крепость. Взять ее одной доблестью без помощи артиллерии невозможно. Зачем московитам выводить полки в поле, когда они вполне могут укрыться за бастионами?

Это был тот аргумент, который уже приводили молодому королю его более зрелые генералы. Тогда он не слышал, а теперь та же фраза неожиданно прозвучала в сознании.

Нет, Карл отнюдь не был глуп. Просто гнев затмил разум. Сейчас же он впервые задумался над предстоящим походом. Он был уверен в полевой победе над любым противником, однако штурмовать хорошую крепость (а Рига была заново укреплена по последнему слову фортификационной науки) без должной подготовки действительно не годилось. Тем более в самом начале своей воинской карьеры. Оступись — и вся Европа будет смеяться над незадачливым полководцем.

Не было у Карла права ошибиться в первом серьезном деле! Не было! Только победа, да такая, чтобы сразу было понятно — в мире появился новый полководец. Такой, какие были разве что в глубокой древности.

— Сидя в крепости, войну не выиграешь, — нашел аргумент король. — Царь Петр вынужден будет сразиться по правилам.