Транспортная Прокуратура Юго-Западного Округа Москвы. Почему транспортная? Кроме общественного, никаким иным транспортом Алекс последнее время не пользовался. Единственный его личный транспорт — велосипед — уже давно стоял без дела и ржавел на балконе. Иногда его подвозили на своих личных машинах консультируемые пользователи компьютеров, но никаких происшествий при этих поездках, слава Богу, не случалось. Сам он в аварии не попадал и ничего аварийного не наблюдал. Алекс вошел внутрь здания и там показал дежурному свои документы с повесткой.

— Пройдёте на второй этаж, — оживился дежурный, — по коридору направо.

И тут же схватился за телефон и стал кому-то звонить. Эта сцена плохо подействовала на Алекса. Сразу вспомнился Штирлиц, шедший к Мюллеру. Поднявшись на второй этаж, Алекс увидел длинный коридор, вдоль которого располагался ряд дверей, а кое-где между дверями у стен стояли стулья. На некоторых стульях сидели люди. Стены коридора, почему-то, покрывал паркет. На полу паркета не было — только старый, исхоженный и местами порванный, грязно-белый линолеум. С обоих концов коридор заканчивался стенами с зарешёченными с двух сторон окнами. Местами на стенах, под листами плексигласа, висела всякая информация — картинки, тексты, образцы неких-то документов, фотографии. Поскольку окна в коридоре света почти не давали, то освещение производилось посредством обычных люминесцентных ламп, какие часто встречаются в государственных учреждениях. Некоторые из ламп перегорели, одна мигала и потрескивала. Алекс быстро нашел нужный кабинет. Дверь была обита искусственной кожей, кроме металлических цифр — «2» и «4», никаких других опознавательных знаков на двери не имелось. На ближайших стульях сидело пять человек.

— Извините, — как в поликлинике спросил Алекс, — в двадцать четвертый кабинет, кто крайний?

— Мужчина, за мной будете.

В тон ему ответила молоденькая миниатюрная девушка с дальнего стула. Алекс кивнул, сел на свободный стул и стал рассматривать других сидельцев. У самой двери расположилась на вид печальная и пожилая уже женщина в черном пальто и черном платке. Она тяжело посмотрела на Алекса.