Нашелся и дорожный мешок, чтобы сложить в него купленные припасы. Конан не делал секрета из своих планов, и вскоре выяснилось, что один из поселян тоже собирается ехать на запад – к соляным копям, расположенным по ту сторону Карпашских гор. Договорились отправиться с рассветом. Остаток дня Конан потратил на чистку клинка, проверил упряжь и снаряжение, после чего лег спать.

Поднялись утром с первыми криками петухов и выехали, не завтракая. Тилли – парень лет двадцати, отправившийся в Коринфию вместе с Конаном – кроме короткого меча прихватил лук с колчаном стрел, но лук лежал в туле по-походному, со спущенной тетивой.

– Думаешь поохотиться или опасаешься встретить разбойников? – спросил Конан.

– Разбойников? – усмехнулся Тилли, – Нет. Места здесь безлюдные, правда. Что тут делать разбойникам? Кого грабить?

– Между прочим, на шадизарский обоз вчера напали, – возразил Конан.

– Ага, напали, – легко согласился Тилли, – только эти разбойники не с гор пришли, а с равнины. Мы-то тут вроде как на отшибе живем. А на равнине народ погуще живет, опять же чуть подальше река протекает. Река невеликая, узкая, да петлистая. И течет далеко. А берега вокруг перемежаются болотистыми низинками, зарослями кустарника, местами лес стоит. Там есть где укрыться от стражников. Так вот, когда обозы грабили, то обычно это бывало не возле нашей деревни, а подальше. После нападения бандиты уводили обоз, к реке и на лодках переправляли добро в укромные места. Ищи-свищи потом!

– А что же здесь никто не селится? Места вроде неплохие, и пастбища, и водопои.

– Ну, пасем скот-то, а как же? А жить в этих местах никто не живет. Пастухи летом со стадами ходят чуть ли не до самых гор, но потом возвращаются обратно. Старики поминали, что когда-то в предгорьях были поселения, но только давно уже там никто не живет. Людишки, конечно, ходят, не без того. Кто золото ищет, кто что.