- Ты не человек? - тяжело взглянул на своего спутника Конан... Рука его невольно потянула из ножен меч. Скарфен чуть усмехнулся, заметив движение киммерийца, и ответил:

- Человек. Такой же, как и ты. Но как-то меня угораздило попасть в ученики к одному чародею... с тех пор и маюсь. Но разговаривать станем потом! - пальцы ванира осторожно ощупали заветные кирпичи, потом потянули один из них. Открылась черная выемка; Скарфен припал к самому полу, глубоко запустив руку в отверстие. Лицо его исказилось от напряжения; казалось, он обмер при одной мысли о том, что вожделенной статуи в тайнике может не оказаться. Однако...

- Есть! - приглушенно выдохнул ванир.

Фигурка Размышляющего Ханумана оказалась в точности такой, как и в описаниях Скарфена. Высотой в две ладони, она была искусно, с мельчайшими деталями убранства, вырезана из цельного куска чуть светящегося изнутри зеленоватого кристалла. Хануман сидел, скрестив кривоватые ноги и сложив длинные руки-лапы на круглом животе. Крошечные глазки казались живыми; создавалось полное впечатление, что бог-обезьяна внимательно смотрит на тебя, не сводя ни на мгновение взгляда.

- Он же огромных денег стоит, - поневоле хрипло произнес Конан, со всех сторон рассмотрев статуэтку.

- Да, и тебе причитается половина, - отозвался Скарфен. - Я не люблю оставаться в должниках, возьми! - Он распахнул плащ и отвязал от пояса увесистый кожаный мешочек. Киммериец поймал кошелек на лету и даже присвистнул - золота там на вес было столько, что хватило бы купить четверть Аграпура... Не удержавшись, киммериец рванул завязки, заглянул внутрь - все правильно, тяжелое, полновесное, чистое туранское золото с горных приисков в Ильбарсах...

- Теперь надо постараться выбраться отсюда, - заметил Скарфен, аккуратно всовывая кирпичи на место. - Думаю, что не стоит зря мудрствовать, отыскивая твой второй выход, а вернуться тем же путем, что и пришли...