- Они мне чуть все кости не поломали, - сказал он, подходя к Конану. Слушай, чего это у вас тут полыхало, а? Да, и еще - почему мы до сих пор живы?

Вдруг его взгляд остановился на Тарамис. Лишь возглас изумления вырвался из его груди. Затем он начал как-то бестолково кланяться, все время вопросительно поглядывая на Конана и причитая.

- Мы честные люди, о ваше светлейшее высочество. Не слушайте" что вам наговорят злые языки в Шадизаре. Мы, это... мы зарабатываем на жизнь, это... как охранники караванов. Да мы за всю жизнь и финика не взяли, не заплатив. Вы должны нам поверить, ибо мы...

- Заткнись, - сказала Тарамис, - или я перечислю все твои подвиги, о которых мне известно. А теперь - проваливай отсюда.

С сомнением глядя на охрану, Малак сделал несколько неуверенных шагов к их лошадям.

- Нам нужно на время расстаться, - сказал ему Конан, - а встретимся там же, где встречались после драки в таверне "У Трех Корон". Уезжай, удачи тебе.

Последний раз взглянув на стражников, маленький человек вскочил на свою лошадь.

Когда Малак галопом скрылся из виду, все оглядываясь назад, не веря в свое чудесное освобождение, - Конан повернулся к Тарамис.

- Что я должен сделать? - спросил он просто.

- Когда придет время, тебе скажут, - ответила прекрасная женщина. На ее губах светилась улыбка победителя. - А теперь я жду от тебя твоего решения.

Конан не сомневался:

- Я поступаю к тебе на службу, Тарамис. Долг есть долг. И за него нужно рассчитаться, невзирая на цену.

Глава 3

Шадизар был городом золотых куполов и белоснежных шпилей, уносившихся ввысь, к лазурному небу, прочь от пыли и грязных камней равнины Замора. Во дворцах, в садах, усаженных финиковыми пальмами, били кристальные фонтаны. Белые стены отражали солнечные лучи, сохраняя прохладу внутри домов. Городом порока называли его, злым городом; и еще с десяток куда менее приличных, но не менее справедливых эпитетов служили для обозначения этого знойного города.