— Убийство, ясное дело. Эти двое дружков напились и повздорили. Наш ангелочек пристрелил своего собутыльника и сунул пистолет ему в руку, чтобы все подумали, будто это самоубийство. А потом надрался с горя.

— В этом что-то есть, — кивнул эксперт.

— Ты, грязный, жирный слюнтяй!

Я вскочил со стула и наверняка разбил бы ему нос, если бы Пат, оторвавшись от телефона, не встал между нами. Все остальное время он продолжал говорить, держа меня за руку. Когда тело положили на носилки и унесли, Пат расстегнул пиджак и жестом велел мне сесть на кровать. Я сел. Тогда он сунул руки в карманы и проговорил медленно и четко, обращаясь к людям в штатском и ко мне:

— Я ждал чего-то подобного, Майк. Всегда знал, что этот чертов пистолет доведет тебя до беды.

— Перестань, Пат. Ты же прекрасно понимаешь, что я не убивал этого парня.

— Да ну?

— Уж не думаешь ли ты...

— Возможно, ты и сам об этом не помнишь. — Пат пристально посмотрел на меня.

— Комната была заперта, а я так нализался, что даже не просек, как у меня вытащили пистолет. Экспертиза все покажет. Она подтвердит, что я здесь ни при чем. В чем проблема?

— В тебе, Майк, и в твоем пистолете... Даже если этот малый покончил с собой, ты потеряешь лицензию. Полиция не любит, когда люди, имеющие оружие, напиваются как свиньи.

Возразить на это мне было нечего. Пат обвел взглядом номер, задержавшись на груде одежды, бутылке из-под виски и окурках, валявшихся на полу. Мой пистолет, испачканный белым порошком, лежал на столе вместе с гильзой. На нем четко вырисовывались отпечатки пальцев.

Пат прищурил глаза и скривился:

— Пошли.

Я надел пиджак, прицепил пустую кобуру и в сопровождении двух полицейских спустился по лестнице. Толстомордый явно надеялся, что я выкину какой-нибудь фокус по дороге и дам ему возможность поразвлечься, но я не доставил ему такого удовольствия.