Мы уже с Василием третий день. Василий никого не проверяет, а просто взглянет на прибывшего скажет.

- Колян, это ты?

- Я, - ответит тот.

- Проходи.

И все. Так десятки человек снуют туда и обратно и всех Васька знает в лицо.

- Запоминай их, Сашка,- говорит он.

По дороге несется старенький ЗИЛ, наполненный пустыми бочками.

- Стой!- орет Васька поднимая автомат.

- Куда несешься, Степаныч.

- За горючкой, Васенька.

- Сашка, посмотри, что там.

Я вскакиваю на ступеньку и заглядываю в кузов. Вдруг Ваську как подбросило.

- За горючкой, говоришь?

По кошачьи запрыгнув в кузов, Васька передергивает затвор автомата и выпускает очередь в одну из бочек. Та воет человечьим голосом, потом затихает. Васька опрокидывает бочку. На дно кузова вываливается окровавленный человек.

- Васенька,- лепечет Степаныч.

- Вон, заворачивай и вон.

- Но мне горючки...

Васька поднимает автомат.

- Хорошо. Я поехал.

Васька соскакивает, а машина разворачивается и уходит по дороге в вал густого леса.

- Обмануть думал, сволочь.

- Вася,- говорю я,- тот парень из под бочки...

- Ну...

- Я его сдавал четыре дня назад начальнику пятой.

- Хм... Я не обратил внимания. Надо было этого говнюка, Степаныча, расколоть. Жаль отпустил.

Варька совсем потеряла стыд. Уже без оглядки, не обращая внимания на родителей, она спит со мной. Василий доволен, это я вижу по его роже. Однажды когда женщин дома не было, Васька заговорил со мной.

- Слушай, Сашка, я вижу у вас с Варькой все на мази, может все сделаем по закону, как положено. Сыграем свадьбу, дом построим, все как у людей.

Честно говоря, мне совсем на Варьке жениться не хотелось, но я боялся Ваську.