Пол АНДЕРСОН

КОНЕЦ ПУТИ

"Счет от врача... Боли в груди... Наверное, ничего страшного... Возможно, от расстройства... Вчерашний обед... Кажется, Одри была рада меня видеть... Хотя откуда мне знать... Может, попробовать выяснить... Но каким же идиотом я буду выглядеть, если она..."

"Болван... Некоторых вообще близко нельзя подпускать к машинам... так, все в порядке, едем дальше... Не зря экзаменатор остался мною доволен... Я до сих пор еще ни разу не попал в аварию... Но, если честно до сих пор боюсь ездить сам, особенно когда вокруг автобусы... Теперь прямо, на третьей скорости... пешеход в зеленой шляпе... Черт, опять проехал на красный свет..."

Можно сказать, что за пятнадцать лет он к этому почти привык.

Сейчас, идя по улице, он без труда мог думать о своем, а посторонние голоса звучали в мозгу еле заметным шумом. Конечно, время от времени приходилось несладко, череп иной раз просто раскалывался от дикого визга.

Нормана Кейна привела сюда любовь к девушке, которую он никогда раньше не встречал и даже не видел. Сейчас, стоя на перекрестке в ожидании зеленого сигнала светофора, глядя на проносящиеся мимо автомобили, он желтыми от никотина пальцами машинально извлек из пачки очередную сигарету.

Наступил вечер. Половина пятого. Час пик. Обдавая все и вся ненавистью, огромное множество нервных систем двигалось к дому.

Может, стоило остаться в этом баре на Сан-Пабло. Там так уютно: прохладный полумрак, дружелюбный полусонный разум бармена... Он без труда подавлял назойливые шумы сидевшей неподалеку чем-то раздраженной женщины...

...Нет, не лучше... Когда нервы настолько закалены шумом большого города, окружающую грязь как-то не замечаешь.

Странно, подумал он, до чего же порой мерзкое нутро у тех, кто так безупречно вежлив и обходителен в быту. Находясь в обществе, они ведут себя безукоризненно, однако в глубине души... Не стоит думать об этом, лучше просто забыть. Во всяком случае здесь, в Беркли, лучше, чем в Сан-Франциско или Окленде. Похоже, чем крупнее город, тем больше в нем зла; зла, таящегося в трех сантиметрах под лобной костью. А в Нью-Йорке вообще невозможно находиться.