– Привет, пап.

– Здравствуй, Боб.

Не то чтобы вдруг вернулась память, скорее он отметил очевидный факт. Боб вырос.

– Мы потом поговорим, па. Когда доктор Акино и ее команда с тобой закончат.

Он кивнул куда-то в воздух за правым плечом Роберта и вышел.

А воздух сказал:

– На самом деле, Роберт, мы, в общем, все сделали, что на сегодня намечали. В ближайшие недели вам еще многое предстоит, но это уже будет не так хаотично – станем продвигаться постепенно. И следить, не возникнут ли какие-нибудь проблемы.

Роберт притворился, будто что-то видит в воздухе.

– Хорошо. До встречи.

Он услышал дружелюбный смех.

– Вот именно! Рид вам поможет.

Рид Вебер кивнул, и у Роберта возникло чувство, что они с Вебером действительно в комнате одни. Ассистент врача паковал очки и прочее разбросанное оборудование. В основном – какие-то пластиковые коробочки, совершенно прозаические, если не считать чуда, которое они сотворили. Заметив взгляд Роберта, Вебер улыбнулся:

– Мои простенькие инструменты. По-настоящему интересны те медприборы и машины, что плавают у вас внутри. – Он сгрузил остатки своих кирпичиков и поднял глаза на Роберта. – А вы везунчик, вы это знаете?

Я теперь в свете дня, а раньше была сплошная ночь. Интересно, где Лена?

Но вслух он спросил другое:

– О чем вы?

– Вы подцепили именно те болезни, которые надо! – Вебер засмеялся. – Современная медицина – что-то вроде минного поля, созданного на небесах. Мы много чего умеем лечить: Альцгеймера, например, хотя здесь вы едва успели на поезд. Альцгеймер был и у вас, и у меня: у меня – обыкновенный, вылеченный на ранней стадии. Но многое другое столь же фатально или ведет к увечьям, как и раньше. Мы по-прежнему мало что можем сделать с инсультами.