– Глупостью вашей затеи, – произнес он холодно, не оборачиваясь. – Я с самого начала был против того, чтобы подвергать тебя риску, но вы настояли на своем. «Контора» поступает умнее, там для поиска дерифла используют тех, кого не жалко. Мы тоже могли бы найти трех– четырех «сканеров» и работать с ними – нет ведь, нехорошо, неэтично! По моим данным, «Контора» во время таких рейдов постоянно теряет «сканеров», и теперь мы наконец-то узнали, что с ними происходит, – они расслаиваются! Умопомрачительное открытие. Почему ты не вышел из транса сразу, когда почувствовал опасность?

– Во-первых, это не транс, я ведь уже объяснял. Во-вторых, там не было ничего опасного. Меня ничто не пыталось поймать, не удерживало силой. Это вроде того, как если ты на что-то засмотришься и не можешь оторваться. Ты на это смотришь – и сам в это превращаешься, понимаешь? Я же вернулся, когда ты меня позвал. Наверное, «сканеры» «Конторы» остаются там по собственной воле, потому что для них это освобождение.

– Ты тоже чуть не освободился, – Лиргисо оглянулся через плечо, насмешливо сощурив удлиненные темной мерцающей подводкой глаза.

– Там нет опасности, – повторил Поль. – Захочешь – вернешься, не захочешь – не вернешься.

Лиргисо его слова проигнорировал и подошел к сидевшему перед пультом буровой установки шиайтианину, сухопарому, жилистому, с лимонно-желтой кожей и невыразительным костистым лицом.

– Хинар, что там с месторождением? Хотя бы на четверть мы контейнеры заполним?

– Босс, на сто процентов заполним, – в голосе Хинара, обычно ровном, проскользнули скупые нотки энтузиазма. – И еще на несколько рейсов останется. Это не мелочевка, а настоящее месторождение! Лишь бы никто его не засек.