Сефаргл, или Виллерт Руческел, или Гуннар Венлеш (он сменил множество тел и имен), вначале взял Клисса на работу в «Перископ», а после чуть не убил. Вспоминая о нем, Саймон испытывал сложную смесь чувств: тут было и восхищение (он многому научился у шефа и постоянно пользовался усвоенными уроками), и обида (шеф сам же посадил его на мейцан – наркотический допинг, который употребляли все эксцессеры, а когда появились симптомы отравления, попытался от него избавиться, словно выкинул в мусоропровод одноразовый инструмент), и гадливость (вроде был такой же, как все люди, а на деле оказался мерзкой зеленокожей тварью, незаконно вселившейся в человеческое тело), и тоскливое сожаление – если бы шеф был настоящим человеком, если бы он не пытался прикончить Саймона, если бы «Перископ» не накрылся и все шло как раньше, Клисс тогда и не мечтал бы о другой жизни!
После краха «Перископа» Саймон восемь лет провел за решеткой – не самое плохое было времечко, он ведь сидел не где-нибудь, а на цивилизованном Ниаре. Неприятности начались потом, когда Ниарская Ассоциация Правозащитников добилась для него помилования. Лиргисо (Клисс даже не подозревал, кто его новый наниматель!) привлек его якобы для репортерской работы, а в действительности для криминальной авантюры, после чего и денег не заплатил, и повел себя как последний отморозок, – чего еще ждать от лярнийца?
Это из-за него Саймон попал в «Контору Игрек». Будь у него выбор, он бы сюда не сунулся, его никогда не тянуло ходить по струнке и выполнять приказы отцов-командиров. Если Римма Кирч была довольна такой жизнью, то Саймону приходилось прикладывать нечеловеческие усилия, чтобы выглядеть довольным. Однако выбора не было: штурмовой отряд «Конторы» вытащил его из логова Лиргисо полуживого после пыток, потерявшего всякую надежду на избавление – вот так он здесь и очутился, и его зачислили в штат, не спрашивая, нет ли у него каких других планов на будущее. За минувшие месяцы Саймон успел возненавидеть своих благодетелей. Только Тайна и помогала ему терпеть здешние порядки – Тайна того стоила.