Однако не тут-то было. К стеклянным дверям сломя голову, тяжелой медвежьей поступью неслись двое в мешковатых спортивных костюмах. Гильза вдруг с ясностью осознал, что эти крепкие ребята высматривают в толпе не кого-то, а именно его. Он остановился как вкопанный, и, как назло, один из этой парочки его заметил.

Ноги будто сами включились, мигом настроившись на режим «погоня». Гильза мчался по переходу, неуклюже лавируя между прохожими. Оглянулся – преследователи с силой расталкивали людей – и тут же налетел на молодого человека «модной» наружности. С того разом слетели темные очки и огромные наушники, а Гильза вмиг запутался в длинном проводе, умудрившись выдернуть из глубины чужих карманов какое-то устройство.

– Ты, смотри, куда прешь! – заорал молодой человек, отчаянно вцепившись в шнур от наушников. Устройство полетело в стену и с треском разлетелось на множество деталей. Молодой человек взвыл и разразился проклятьями.

Гильза метался, как попавший в силок кролик, таща за собою на проводе злосчастного меломана. Все-таки выпутался и бросился по лестнице вверх – к свету и спасению. Он отчетливо слышал, как громко топают и тяжело дышат за спиной, и совершенно не представлял, куда бежать. Его просто гнал древний, как само человечество, инстинкт самосохранения. А потому он и сам не понял, как успел прошмыгнуть в уже закрывающиеся двери троллейбуса. Машина дернулась с места, оставив позади перекошенные, пунцовые от бега лица преследователей.

Ничего не соображая, Гильза долго бился с полированной трубой турникета, пока не сообразил, что нужно заплатить за проезд. Наконец присев на край сиденья, он смог отдышаться – и подумать. Но ничего толкового на ум не приходило. Единственное, что было понятно, – его пакет нужен кому-то еще. И эти «кто-то» готовы силой забрать то, что ему поручено доставить в офис «Линии».

Гильза плохо представлял себе, что может находиться в заветном пакете, но вдруг с ясностью осознал: он должен доставить это по назначению любой ценой. То была не просто красивая фраза. Впервые за всю свою короткую жизнь «после пули» юноша понял, что может сделать что-то действительно важное.