Здесь было тесно, царствовали все те же трубы и кабели. Привыкшие к темноте, глаза ловили малейшие отблески света, которые пробивались сквозь какую-то щель над головой. Пригнувшись, Гильза добрался до короткой лесенки внутри узкого колодца. Снова полез вверх и снова уткнулся в люк. На это раз сдвинул его без труда.

Над головой был уличный фонарь.

А над ним – звездное небо.

Трудно передать вкус свежего воздуха и восторг от бесконечного пространства вокруг. Чтобы ощутить нечто подобное, нужно немало времени провести в душном подземелье или хотя бы просидеть ночь в сломанном лифте.

Забыв и о пакете, и о погоне, Гильза рухнул на лавочку: он чувствовал себя совершенно выжатым. Требовалась хотя бы пара минут, чтобы собраться с силами. Огляделся. Он сидел в центре какого-то двора, между рядком гаражей и трансформаторной будкой. Трудно было поверить, что прямо отсюда можно проникнуть в самое сердце московского метро. А вокруг высились светящиеся окнами многоэтажки, доносились голоса людей, гудела машина…

Но что-то заставило его оторваться от этой идиллии и прислушаться. Он чувствовал на себе чей-то недобрый взгляд. Медленно встал, обернулся. В глубине темной впадины между гаражами сверкала пара неподвижных глаз с узкими вертикальными зрачками.

Курьер попятился и бросился бежать. Теперь и этот огромный двор казался ему ловушкой: дома обступали со всех сторон, заставляя двигаться определенным маршрутом, в конце которого непременно поджидают терпеливые охотники.

Между двумя огромными домами прятался проход. Гильза бросился в него, как отчаянный пловец – в стремнину.

– Вот ты где! А я везде тебя ищу! – донеслось из темноты. – Иди сюда!

Из-за угла вышел полноватый мужчина в кепке. Гильза с ужасом узнал того, усатого.

Выходит, выследили…

Внезапно место страха заняло какое-то неестественное спокойствие. Он просто устал бояться. Гильза сжал зубы и пошел прямо навстречу усатому: отступать теперь не имело смысла.