- Так и есть, - проворчал Уильямс.

Они уставились в иллюминаторы. С этой стороны корпус был матовым и весь усеян мельчайшими отверстиями - скорее всего, следами встреч с микрометеоритами. На корме, в свете прожекторов ярко блестел один из стабилизаторов. Сквозь широкие иллюминаторы на носу можно было даже разглядеть внутреннюю часть контрольной рубки. Казалось, огонь туда не добрался. Из открытого в борту люка высовывались жерла каких то орудий, отдаленно напоминавших лазерные пушки. На далеко вынесенной в сторону мачте виднелась антенна радара, сейчас неподвижная.

А прямо возле заостренного носа виднелось название. Нет, подумал Гримс, внимательно разглядывая надпись в бинокль, там было два названия. Первой бросалась в глаза размашистая черная надпись, явно сделанная от руки: "Свобода". Ниже располагалась еще одна, выполненная золотистыми, теряющимися в темноте буквами. Расположение букв, их характер - все это выглядело необычно. Буквы не принадлежали тому алфавиту, которым все они пользовались, но явно вели от него свое происхождение. Гримс разглядел букву "С", выведенную уголком, как бы приплюснутую "М"... Название оканчивалось на "ЦИЦ"... Нет, это не "Ц", это "Н" с низко опущенной перекладиной. "Исминиц", - прочитал наконец Гримс. "Эсминец"?

Он уступил место у бинокля Соне.

- Что ты думаешь об этом? Как людская раса могла сократить гласные до одного "и"?

Она долго смотрела в бинокль, настраивала на резкость... и наконец сказала:

- Надпись сверху выведена вручную. Но другая... Непонятно... Я никогда не видела ничего подобного... Тут прослеживается определенная логика, причем человеческая. Это стилизованная "С"... Но замена "Е" на "И" - если только это замена... И потом, "эсминец" - это ведь класс судов, но никак не название.

- Я припоминаю, - ответил Гримс, - что существовал когда-то на Земле военный корабль "Дредноут", и с тех пор дредноутами стали называть бронированные боевые корабли, плававшие по морям.