- Да замолчите же, - сказал он. - Разве вы не понимаете, что на воде нельзя говорить о таких вещах? Рассуждайте об охоте, или о спорте, или о чем угодно. Но смените пластинку.

Сказал и вновь отвернулся.

- Больше не буду, - засмеялся Анголов. - Я не знал, что вы суеверны.

Он похлопал ладонью по полированному прикладу.

- Мы, вы, - сказал Глынин. - Вооружены, суеверны. Но я никак не пойму пессимист вы или оптимист? Ваш тон никогда не соответствует теме, которую вы выбираете.

- Я оптимист по форме, но пессимист по содержанию, - усмехнулся Анголов. - Вы читали "Вторжение изнутри"? Каждый вид занимает определенную экологическую нишу. Равновесие - плод эпох эволюции. Человек своей деятельностью нарушает равновесие, уничтожает другие виды, освобождает соответствующие ниши. Это дорога к гибели, утверждают авторы.

- Человек, - повторил Глынин. - Охотники вроде вас, только с настоящими пулями.

- Почему же только охотники? - усмехнулся Анголов. - Многие к этому причастны. Охотник стреляет не сам, его заставляют. Но хуже всего-бесконечное чередование запретов и разрешений. Хаос запутывает противника.

- Кого?

- Природу, - объяснил Анголов. - Разве вы впервые слышите, что человек воюет с природой? Так вот, если война ведется по правилам, у противника остается возможность перестроить свои порядки и перейти в контратаку. Иначе он обречен. А мы - это часть природы, не более.

Глынин немного подумал.

- Возможно, это и верно. Но остальное слишком прямолинейно. Один вид ушел, другой пришел, как квадратики в игре "15". Китов ведь тоже почти полностью истребили. Незаметно, чтобы кто-нибудь занял их место.

- Почему незаметно? А эти катастрофы? - пошутил Анголов. - Ребенку ясно, что из глубин поднялся новый могучий хищник, который топит теперь океанские лайнеры.

- Я же вас попросил, - сказал Глынин. - Или вы хотите, чтобы я больше никогда не брал вас в море?..