- Нет. Наоборот, повсюду закрыли пляжи.

- Пляжи? Неужели это повторилось?

Глынин кивнул.

- Вчера, где-то в Америке. И еще в Австралии. И в Японии. И неподалеку от нас, на Длинной Косе.

- Кто-нибудь остался в живых? - спросил Анголов.

- У нас - никого, но их и было, говорят, всего человек двести. А где-то в Японии один свидетель остался. Но он ничего не помнит. Солнце только что встало. Он зашел в кабинку переодеться. Кто-то случайно запер его снаружи. Он сразу же выломал дверь и вышел. На пляже не было никого, только вещи. Солнце стояло в зените, будто он проспал несколько часов. Но он клянется, что не спал.

- Таких свидетелей нужно показывать психиатру, - сказал Анголов. - До свидания.

Они пошли каждый своей дорогой.

Попав на территорию аквариума, Анголов направился к бассейну, где жил Малыш - тот самый кашалот. Бассейн размером со стадион все равно преграждал путь к административному корпусу. Анголов подошел к барьеру, но ему пришлось сразу же посторониться. По периметру бассейна неслась громадная волна, ее толкала уродливая черная масса, а наверху всего этого восседал в одних плавках видный зоопсихолог Иван Крышкин. Он притормозил там, где стоял Анголов, и спрыгнул на берег. Голова кита лежала на воде, кося маленьким - с блюдце - глазом. Еще кашалот загребал хвостом, но это происходило вдали - метрах в двадцати.

- Молодец, - сказал Анголов. - Дрессируй его получше. Хорошо дрессированный, он нам пригодится.

- Кому это - нам?

- Человечеству, - объяснил Анголов.

- Что вы имеете в виду?

- Ты же знаешь, что происходит в океанах, - сказал Анголов. - Кто теперь сможет помочь человечеству? Только хорошо дрессированный Малыш.

Он отошел от бассейна, оставив Крышкина размышлять над своей шуткой. Пусть думает, что его работа необходима. Если каждый будет считать, что спасает человечество, работа закипит.