– Я сам, – сказал Арсений Сергеевич и начал давить на клавиши телефона.

Жена молча ушла на кухню в полной уверенности, что, как человек творческий и очень рассеянный, муж все-таки что-нибудь забыл принести из магазина.

– … Так и есть – забыл петрушку, – грустно покачала она головой. – Придется рагу без зелени готовить.

Но не успела она еще по-настоящему загрустить по поводу неприготовленного блюда, как на пороге возник почти двухметровый подросток.

– Мам! – крикнул он так, что в зазвенели оставшиеся в шкафу фужеры. – Я завтракать не хочу! Мы с ребятами договорились в зоопарке встретиться!

– Сними наушники! – крикнула так же громко Марина Аркадьевна, перевела дух и продолжила уже нормальным голосом. – Я ж тебя сто раз просила, чтобы ты не орал так.

– Мам, я и не ору, – попытался оправдаться Аркадий.

– Это ты так думаешь. Если ты ничего не слышишь, еще не значит, что и другие такие же глухие, – продолжила наставления мама. – С каких пор ты зоопарки полюбил? Даже маленький кричал, что нельзя животных в клетках держать. А сейчас уже считаешь, что можно? – удивилась Марина Аркадьевна.

– Мам, ты че? – удивился двухметровый гигант. – Это ж наша тусовка так называется. Ты прям как первый раз слышишь. Короче, вернусь к обеду. Я ушел, – заявил он, снова надевая наушники.

Аркашка еще минут пять топтался в прихожей, но Марина Аркадьевна прекрасно понимала, что сын уже далеко. «Уже ушел, – усмехнулась она, с грохотом опуская на плиту чайник. – Опять к этой рыжей побежал! Вот уж точно – зоопарк!»

Чем именно не угодила ей рыжеволосая Людка, скромница и отличница, объяснить Аркашиной маме не мог никто, даже она сама. Это была просто ревность. Обыкновенная материнская ревность к сопливой девчонке, которая занимала все мысли ее великорослого чада, и, по-мнению всех матерей на свете, и в подметки ее сыну не годилась.