Игорь устало зевнул и подумал, что для территориальных разбирательств время совершенно неподходящее, поэтому решил прервать затянувшийся спор:

– Дамы, не ссорьтесь. Выходите из машины, и подождите, пока я сам ее в гараж загоню. Темнота кругом, возле соседнего подъезда действительно валяется что-то. Так что сейчас все вместе пойдем. И без возражений, – строго добавил он, увидев недовольство на лицах обеих женщин.

По-видимому, решив не злить на ночь глядя своего джентльмена, Ирина и Евдокия Тимофеевна недовольно засопели, но все-таки молча и покорно вышли из машины. На пронизывающем осеннем ветру стоять было, мягко говоря, неуютно. Но те несколько метров, что отделяли от освещенного теплого подъезда, были такими угрожающе-зловещими, что преодолевать их в темноте одним не хотелось.

Старушка закуталась в пуховый платок, который она специально брала с собой для всяких непредвиденных случаев. Баба Дуся жалобно покосилась на девушку: «И чего Иришка все модничает! Вон как мне в платочке-то хорошо!.. Худенькая вся как тростиночка, и плащик ентот ни фига не греет…» – горько размышляла Евдокия Тимофеевна, собираясь задать внуку большую трепку за то, что собственную жену чуть не заморозил.

«Почему все хорошее так быстро заканчивается?» – загрустила Ирина, запахивая плащ. Она и сама не поняла, к чему именно относились такие мысли. То ли к теплому салону автомобиля, который пришлось покинуть; то ли к летнему теплу, которое сменилось осенней слякотью; то ли к приятному вечеру, который они провели в кругу родных и друзей…

– Позвольте… – внезапно оборвал ее раздумья Игорь, галантно предложив руку.

Вернее, две руки… «Потому что на десять девчонок по статистике девять ребят…» – закрутились в голове Игоря слова популярной некогда песенки. Неизвестно, какими данными располагает современная статистика, но самому Костикову было доподлинно известно, что на него одного приходилось уж точно не менее двух женщин. Поэтому обе его руки были предоставлены в распоряжение жены и бабушки, и он имел полное право самодовольно улыбаться. Даже в темноте.