О впившемся в тело артефакте он решил на всякий случай умолчать.

— Да ну…

— Хозяевами Зоны клянусь!

— Может, контролер на тебя порчу навел, вот тебе и померещилось с перепугу невесть что… Или бюрер, эта тварь умеет вызывать у людей разные галлюцинации…

— Нет, то был не контролер… и не бюрер…

— Слушай, а ты меня и вправду не разыгрываешь?

— Тяжеляк, ты же меня хорошо знаешь, сколько раз мы вместе в рейд ходили?

— Много!

— То-то! Хоть когда-нибудь я тебя разыгрывал?

— Не-а!

— Тогда почему ты мне не веришь?

— Да вид у тебя какой-то… безумный… Ты бы видел себя со стороны. Вывалился из кустов весь взъерошенный, глаза вытаращены, морда вся белая, как стена… Я сперва подумал: хана пришла… Сейчас за тобой из кустов кровососы полезут один за другим, но ПДА-то молчит! Вот я и решил, что ты слегка не в себе…

— Со мною в последнее время стали происходить очень странные вещи… — хрипло признался Шершень, неприязненно сплевывая в листву. — Будто кто-то или что-то вознамерилось свести меня с ума…

— Ну я же говорю, бюрер! По следу твоему идет! Мозг потихоньку выедает…

— Нет, с бюрерами я раньше сталкивался… и не раз… сейчас все не так… по-другому все…

— Тогда я не знаю, что тебе и посоветовать…

— Кстати… — Хищно прищурившись, Шершень подозрительно покосился на смахивающего с комбинезона крошки коллегу. — Ты-то в Темной долине что делаешь?

— Как это что? — возмутился Тяжеляк, метко швыряя пустую консервную банку в беснующуюся невдалеке «электру».

Опасная аномалия тут же с громким хлопком разрядилась, в воздухе запахло озоном.

— Я ведь в «Свободу» недавно вступил! Старые друганы позвали, вот я и согласился…

— Совсем с ума сбрендил, да?

— А чем тебе «свободовцы»-то не нравятся?

— Я мог бы сейчас назвать с десяток причин, но не стану, бесполезно с тобой спорить, по старой памяти знаю… Да и это… откуда на тебе комбинезон «Монолита»?