Способов самоубийства существует бесконечное множество, они делятся на две группы: наиболее болезненные и наименее болезненные. Многие выбирали теплую ванну и перерезанные тонким лезвием запястья. Говорят, что в этом случае ты просто медленно засыпаешь. Сладкая безболезненная смерть. Но были и другие варианты. Намного изощреннее и намного увлекательнее, рассчитанные на редких человеческих существ, понять мотивации которых не могла бы даже сама мать-природа, когда-то по фатальной ошибке сотворившая их…

Шершень как раз был из породы таких людей.

Когда-то его звали по-другому. Но однажды, перейдя Периметр, он навсегда оставил свое прежнее имя и свою прошлую жизнь там, за спиной, где беззаботно существовали другие мясные консервы, полагавшие, что смерть — это то, что случается с кем угодно, но только не с ними. Они считали себя в полной безопасности. Стадо тупых овец…

Чтобы не быть овцой, Шершень ушел в Зону. Именно там он хотел стать матерым волком. Целых пять лет потребовалось для того, чтобы понять: он так и остался все той же овцой с давно занесенным над головой ножом мясника. Наивно было полагать, что, придя к этому мяснику в его дом, страшный конец удастся отсрочить.

Мясник не знал пощады.

В Темной долине уже вторые сутки лил холодный дождь.

Вторые сутки… Да он тут, пожалуй, никогда и не прекращался, лишь время от времени переходя на противную стылую морось. От проклятой влаги, казалось, ничто не могло защитить, даже старенький сталкерский комбинезон «Заря». Это было трудно объяснить, но каждый раз, оказываясь в Темной долине, Шершень промокал до нитки, словно влага была неким живым существом, хитро забирающимся под одежду своей очередной опрометчиво сунувшейся на ее законную территорию жертвы. Но этот невидимый зверь, пожалуй, был самым милосердным, потому что при всем своем желании убить не мог.