Он продолжил: — Ну, значит, откровенно. Я знаю, кто ты такой, Йама. Ты — один из Строителей. По воле Хранителей твоя раса первой посетила Слияние, и машины, которые поддерживают существование нашего мира, не забыли тебе подобных. Тебе подчиняются все машины, даже те, что выполняют в этот момент приказы других. Даже те, что вообще никому не подчиняются. — Он засмеялся. — Ну вот! Я все-таки это выговорил. Рига была уверена, что я не решусь, но я смог. И мир вовсе не рухнул.

— Как ты узнал про меня? — спросил Йама.

Легкие светлые волосы Сайла развевались на ветру, открывая взгляду его узкое, будто лезвие, лицо. Он ответил:

— У нас очень богатая библиотека.

Сердце Йамы болезненно сжалось. Вдруг его поиски, толком еще не начавшись, уже закончены.

— Я приехал в Из, чтобы найти людей своей расы, — начал он. — Я очень хотел бы увидеть эту книгу. Ты мне покажешь?

— Нет, не сейчас, — сказал Сайл. — В библиотеку допускается лишь пифия и высшие представители ее окружения. Я покажу тебе все, что смогу, Йама, но боюсь, я сам нуждаюсь в твоей помощи. Мне стало известно, что твоими руками действуют сами Хранители, а значит, твои поступки не могут быть дурными. Ты не можешь творить ничего, кроме добра. Ты обладаешь огромной властью, не отрицай. К примеру, я знаю, что Храм Черного Колодца сгорел в тот день, когда ты появился во Дворце. Говорят, что кто-то разбудил Вещь-в-глубине, а затем уничтожил ее. А ведь нам хватит и меньшего чуда.

Со времен своего появления в Изе Йама столкнулся с двумя зловещими смертоносными машинами. Попав в отчаянное положение, он вызвал одну из них, сам не ведая, что делает. Вторая из этих машин упала на землю еще в Эпоху Мятежа, а позже люди построили храм над той дырой, что она прожгла в почве до самой мантии. В полусне машина пролежала в могиле из застывшей лавы целый век, пока ее не разбудил тот же зов, который обрушил вниз первую из этих черных машин.