— Из-за этой вашей бумажки про эвтаназию. Извещения. Лика сказала, что не собирается быть безутешной вдовой, хочет заранее позаботиться о будущем.

— А дочь?

— Дочь живет с матерью. Точнее, сейчас вышла замуж.

— Последняя Ваша должность — заместитель командира районного отделения Службы спасения?

— Да.

— У вас квалификация водителя и парамедика?

— Да.

— Какими транспортными средствами умеете управлять?

— Всем, что ездит по земле. С вертолетом и катером тоже справлюсь.

— Очень хорошо…

— Чего хорошего-то? — не понял Виктор. — И ваще, какая вам на хрен разница, что я могу?

Но чиновник только удовлетворенно кивнул:

— Пройдите вон в ту дверь. Следующий!

За указанной дверью был скудно освещенный коридор, ведущий в еще более темную комнату. Виктор на ощупь нашел откидное кресло, сел. В темноте ощущалось чье-то присутствие, но даже чужого дыхания толком не разобрать…

Он начал задремывать, когда вдруг, ударив по глазам, вспыхнул свет. Оказалось, что они — те, кого Виктор видел в коридоре, и еще с десяток человек, — сидели в небольшом гало-зале. На возвышении перед экраном стоял тот же чиновник, что беседовал с ними в кабинете.

— Ну что, господа покойнички! Попрощались с жизнью? Все дела закончили на этой Земле? — тоном свадебного тамады начал мужчина.

Виктору безумно захотелось бросить в «докладчика» чем-нибудь тяжелым.

— Но я вынужден вас разочаровать, господа покойнички! Никто не собирается вас убивать — прямо здесь и прямо сейчас. Разбрасываться такими людьми было бы величайшей глупостью. Вас ждет работа…

×××

Кто-то в зале истерично хохотнул.

— Понимаю, сейчас вам хочется прикончить меня, — шутовские интонации внезапно исчезли из голоса сотрудника Центра. — Но послушайте, пожалуйста, и, может, это желание пройдет…

«Докладчик» взмахнул рукой, верхний свет погас, а на экране появилось изображение какой-то планетарной системы.