Однако начало вполне приемлемое — должность на панцире, уходящем в свободное перемещение. Эта работа даст необходимый опыт и обезопасит от любопытства окружающих, поскольку численность нашего экипажа мала, состав пёстрый и экзотический, и я на фоне набранных с бору по сосенке сослуживцев и выделяться-то особенно не буду. Главное для меня сейчас — это так себя вести, чтобы никто не догадался, что я бывший аристократо. Подозреваю, что низшие нас не жалуют, и что с того, что я добровольно отказался от всех своих сословных привилегий, всё равно никто этого не поймёт, как не поняли меня мои родители и даже самый близкий друг, мой надёжный Йорик.

Я прибыл на борт одним из первых, чтобы заняться подготовкой корабля к походу в свободное пространство. Всё это время пытаюсь копировать привычки и манеру поведения остальных членов команды, хотя не всё даётся мне так легко, как ожидалось. Похоже, граждане ни во что не ставят основные правила этикета: одежда моих сослуживцев представляет собой недопустимую смесь всевозможных стилей и являет пример вопиющей неряшливости! И граждане, и рабы до обеда не снимают вчерашних комбинезонов! Цвета комбинезонов не гармонируют с днями недели и даже, как это ни кажется диким, с ростом, пропорциями фигуры и тембром голоса! Мне с трудом удается скрывать свою брезгливость, глядя на такую вакханалию безвкусицы! Зачем же тогда жить, если нет желания хотя бы прилично выглядеть? Но приходится внешне соответствовать привычкам и поведению моих коллег, иначе они догадаются, что я не тот, за кого себя выдаю. С другой стороны, я надеялся, что среди демократических сословий найдутся люди с некоторыми странными привычками, тогда и я не буду чувствовать себя белой вороной, как это было в кругу ханжей — аристо.

Я по-прежнему собираюсь предаваться главной своей вредной привычке: живописи маслом по холсту, а также рыться в Памяти в поисках древних и новых зарифмованных текстов, которых набрался небольшой сборник, переписанный мною от руки старинным грифелем, хотя понимаю, к чему, увы, может привести такое разбазаривание драгоценного невосполнимого Времени.