— Странно, — заметил Шон, — А что, на это все есть какие-то особые причины?

— Ну, — заметил уоррент, и в тоне его голоса явно крылся какой-то подтекст, — Полагаю, со временем ты и сам во всем разберешься.

— Внемлите мне! Внемлите! Время заутрени! Все, не находящиеся на посту, на молитву — стройсь!

Шону так не выпало случая познакомиться со своими соседями по кубрику — все они были со второй вахты, и стояли на постах в тот момент, когда он туда явился. Теперь же, когда в отсеке зажегся свет, и народ принялся вставать, складывая руки, он гадал, что ему делать.

Будучи мантикорцем, он не являлся прихожанином Церкви Освобожденного Человечества, так что не обязан был присоединяться к заутрене, но банально вставать и идти умываться тоже как-то выглядело не очень, так что он решил просто склонить голову и пересидеть молитву. В конце концов, вряд ли это надолго, ведь так?

— Господь Испытующий! — возгласил гнусавый голос из динамика, — Избавь нас на день от Испытаний твоих!

Молю, о Испытующий, не позволь шлюзам взорваться. Позволь системе жизнеобеспечения, старой как она есть, просуществовать и сей день трудов непосильных. Да будет на то воля Твоя, о Испытующий, пусть и система рециркуляции воды продержится еще немножко, хоть механики и говорят, что ей практически труба. Не допусти, Господи, перегрузки Второго Реактора, дабы не послал он нас в объятья Твои; велика любовь наша к Тебе, но желаем мы и семьи наши лицезреть в дни грядущие.

Господи, не будет в тягость тебе приглядеть за работой компенсатора? Не имея компенсатора, мы не сможем ускориться, дабы вернуться к дому родному, и навеки потеряемся в просторах космоса, умирая и поедая товарищей наших, пока системы не откажут и воздух не кончится…