Так и пошли. Закинули рюкзаки за спины, и Вован под мои окрики направился вперед, остальные пристроились сзади.

Бодро отмаршировали к Валу. Там Дерсу жестом указал мне на следы прохода: поломанные ветки, примятости в зарослях папоротника. Карта не обманула ― группа Димона выходила из Кратера именно здесь.

По следам, как и ожидалось, идти было легко. Даже колючка была аккуратно перерезана и разведена. Я уже начал верить, что всё у нас пройдет тип-топ, хотя такие мысли перед Кратером надо гнать нещадно, ― и вот тут, на Валу, за колючкой, меня вдруг пробило.

Я даже не понял, что именно произошло, но углубляться в Кратер резко расхотелось. Знаете, как это бывает? Словно бесформенная тень мелькнула на периферии зрения, и утро сразу потускнело, и воздух уплотнился, и навалилась слабость, как при похмелье.

― Всем номерам: стоп! ― громко приказал я.

Группа среагировала слаженно и почти без задержки. Только Вован, жертва аборта, сделал еще три шага и остановился, оглядываясь с недовольным видом. Пожалуй, хватит его баловать, пора демонстрацию устроить. Но пока мне было не до демонстраций.

Я осмотрелся, принюхался, прислушался. Утро занималось удивительно ясное для наших широт, легкий ветер был почти незаметен. Мы стояли на Валу, который поднимался тут выше среднего уровня, давая неплохой обзор.

Надо сказать, что Вал ― это довольно сложное образование. Если бы Тунгусское Космическое Тело достигло земли в целости и сохранности, то были бы импакт, взрыв, возникновение астроблемы, то бишь симпатичного ударного кратера в лунном стиле. Но Тело взорвалось на высоте порядка десяти километров, развалившись на сотни обломков, ― мы изучаем результаты его падения уже полсотни лет, но так и не пришли к единому мнению, сколько же было этих обломков на самом деле. Существуют разные модели, в том числе импортные, но раз в пять лет обнаруживаются большие залежи артефактов в тех местах, где до этого, казалось, ничего не было, и модели приходится пересматривать. Я одно время интересовался темой, но потом понял, что серьезного гешефта на этом токовище не словишь, и… перестал интересоваться.