- Хельва - это придуманное имя.

- Со скандинавским оттенком.

- Но ты не блондинка, - уверенно сказал Дженнан.

- Значит, бывают темные шведки.

- И белобрысые турки. Правда султан из меня неважный - ведь в моем гареме только ты одна.

- К тому же твоя единственная женщина обречена на вечное затворничество, правда ты всегда можешь поискать утешения на стороне... Хельва ошеломленно отметила, что ее прекрасно поставленный голос предательски дрогнул.

- Ты знаешь, - перебил ее Дженнан, витавший где-то далеко в своих мыслях, - у меня создалось впечатление, что отец мой был женат в первую очередь на Сильвии, своем корабле, а уж потом на матери. Постепенно я привык считать Сильвию своей бабушкой. Вообще-то она скорее пра-прабабушка - у нее небольшой номер. Раньше мы с ней, бывало, болтали часами.

- Какой у нее опознавательный знак? - спросила Хельва, неосознанно завидуя всем и каждому, кому доводилось знать его прежде.

- 422. По-моему, сейчас ее инициалы ТС. Я как-то раз встречал Тома Берджеса.

Отец Дженнана умер от космической инфекции - у него не осталось вакцины, вся ушла на спасение обитателей далекой планеты.

- Том сказал, что она стала сурова и резка на язык. Только попробуй утратить свое очарование, милочка, - я обращусь в призрак и стану тебя преследовать, - пригрозил он.

Хельва засмеялась. И тут он ее испугал: подошел к центральному пилону, легко и нежно провел пальцами по смотровой панели.

- Хотел бы я знать, какая ты... - тихо и чуть печально проговорил он.

Хельву предупреждали, что для пилотов вполне естественно такое проявление любопытства. Она не знала о себе ничего, и никто из них тоже не сможет узнать.

- Выбирай любую внешность на выбор - и я твоя! - ответила она, как ее учили.